°C
«Мотивы, причины, почему мы это делаем, – нам все интересно, с какой-то антропологической стороны. Я бы даже не сказала, что этот интерес очень доброжелательный. И вот мы ходим, смотрим и записываем. Бойтесь писателей! Не откровенничайте с ними, ведь каждый человек в каком-то смысле – строительный материал».
«Роман с русской классической литературой у меня начался довольно поздно. Скажем «спасибо» нашему школьному преподаванию: там ухитряются отбить любовь к ней настолько, что потом требуется время на восстановление. И только потом, когда школа уже позади, спустя десять, а иногда и двадцать лет, вдруг выясняется, что, например, Гоголь – это чистое счастье. Открываешь книгу и целуешь страницы! Что есть Толстой! Что Достоевский бывает очень смешным: роман «Бесы» – невероятно смешной. Все это открывается лишь тогда, когда перестают твердить, что ты должен чувствовать, что хотел сказать автор, и заставлять писать по этому поводу сочинения».
«Я очень люблю Булгакова. Это, наверное, мое самое большое счастье из всего, что написано на русском языке. У Михаила Афанасьевича недавно отмечали день рождения, и я в очередной раз подумала: он самый переводимый и, пожалуй, самый популярный сегодня русскоязычный писатель, на что указывает статистика. И какая же это несправедливость и трагедия – он так и не узнал об этом при жизни. Ни один из его прекрасных текстов не был напечатан при его жизни. Все случилось уже после смерти. Он не знает, как мы любим «Мастера и Маргариту», какие споры вызывают экранизации. Не знает, как мы любим «Белую гвардию». Не видел «Собачье сердце». Если есть хоть какая-то справедливость, мне кажется, эта информация все-таки должна как-то дойти до него».
«Читательские отзывы – это такая огромная, искренняя волна самых разных эмоций. И очень полезно помнить: как бы ты ни старался, даже если ты очень доволен своим текстом, всегда найдется огромное количество людей, которым он не понравится – и это нормально. Они имеют на это полное право. Даже если ты действительно вложил душу, текст не обязан нравиться всем. Тебе ведь тоже нравятся далеко не все произведения Толстого или, например, Фолкнера».
«Один из моих любимейших романов – «Назову себя Гантенбайн» Макса Фриша. Там даже нет главного героя. То есть он как бы есть, но мы не знаем, как его зовут: сегодня он один, завтра – другой. Это же восьмидесятый уровень профессионализма! Попробуйте написать такую историю – без сюжета, без героя, чтобы от нее было не оторваться. На это способны единицы. А сюжет – это такие прекрасные костыли, которые помогают автору поддерживать интерес читателя».
«Про нейросети. Слушайте, ну без хлеба мы не останемся! Я не боюсь наступления на искусство: мы ведь бесконечно его хороним по любому поводу. Стоит чему-то новому появиться – тут же спешим его похоронить. Сначала хоронили театр, потом – кино, потому что появилось телевидение. Литературу вообще хоронят уже лет пятьсот подряд. Ничего страшного не произойдет. Люди, которым захочется годами сидеть и кропотливо работать над каждым словом, все равно будут это делать. На каких-то книгах так и будет написано: «сделано человеком». Всегда можно будет выбрать. Поэтому давайте не будем этого бояться».
По этой ссылке Алексей Иванов рассказывает о книге «Речфлот», а тут про «Бронепароходы». Писатель Алексей Сальников в этом интервью поделился своими творческими планами и рассказал о своих книгах.
© Интернет-журнал «Global City» Светлана Цыганова
