Scroll Down
  °C ММВБ  $56.6   €60.29

Андрей Шишкин:

«Наши залы загружены на 93%. Для оперного театра это очень много»

18:01 15 сентября 2017
В этом году Екатеринбургскому театру оперы и балета исполнится 105 лет. Свой 106-й по счету сезон уральский театр открывает уверенным хитом — оперой «Волшебная флейта». Далее публику ждет еще ряд довольно громких премьер. О них, о балансе оперы и балета, о полных залах мы и поговорили с директором Екатеринбургского театра Андреем Шишкиным.
директор Екатеринбургского театра оперы и балета
Заслуженный работник культуры Республики Башкортостан
«Наши залы загружены на 93%. Для оперного театра это очень много»

- Андрей Геннадьевич, что нас ждет в наступившем сезоне? 

- Мы приготовили четыре премьерные постановки: две оперы и два балета. Откроет театральный год опера Вольфганга Амадея Моцарта «Волшебная флейта», затем нас ждет балет Мариуса Петипа «Пахита», после нее мы выпустим на сцену оперу Богуслава Мартину «Греческие пассионы» и закроет сезон премьера балета «Приказ короля», на музыку, написанную Анатолием Королевым специально по заказу театра .Кроме того, должна была быть «Арлекинада», но по ряду причин ее премьера сдвинулась на следующий сезон.

- То есть, у вас уже готова программа и на сезон 2018-2019 года?

- Да. В сентябре у нас будет «Турандот», затем «Арлекинада», а в мае еще одна опера и в июле еще один балет. Таким образом на два года вперед мы знаем, как будет выглядеть наша премьерная афиша. Больше вам скажу, мы уже знаем, кто будет ставить спектакли. И даже заключены контракты.

- С операми на этот сезон все понятно. Екатеринбургский оперный продолжает следовать своей миссии: с одной стороны старается выполнять просветительскую функцию, с другой - продолжает оставаться театром для семейных посещений. Ведь так?

- Да, именно. После «Сатьяграхи», а может быть и раньше, мы почувствовали, каково это быть первооткрывателями. Я считаю своим учителем дирижера Алексея Людмилина. И он всегда мне говорил: «Не существует не открытых опер». И я всегда этому искренне верил. А сейчас понял, что это не так. Такие оперы есть: это и Россини «Граф Ори», который никогда не шел в России, и еще не известно, будет ли идти где-нибудь еще, кроме нас; это и «Сатьяграха»; и это «Греческие пассионы».

Вообще «Греческие пассионы» меня не увлекали до тех пор, пока я не прочитал сюжет. Стал читать дальше и дошел до романа Никоса Казандзакиса, вспомнил, что он же автор романов «Христа распинают вновь», «Грек Зорба» и других. И я понял, что у «Греческих пассионов» есть два неоспоримых преимущества: это серьезнейший музыкальный материал, и вместе с тем потрясающее литературное произведение, которое захватило всех нас.

- Я знаю, что вы попросили РПЦ поддержать вас в работе над этим проектом. Зачем?

- Мы знали, что самостоятельно его реализовывать слишком рискованно: в опере довольно много моментов, связанных с христианской символикой, в которых мы не достаточно сильны. И прежде чем взяться за этот материал, мы хотели заручиться поддержкой специалистов. Поэтому решили написать письмо митрополиту Кириллу. В ответ у нас состоялась встреча с протоиереем Алексеем Кульбергом и отцом Вениамином Райниковым. Что меня поразило, все они прочитали роман, прежде чем принять решение. На меня это произвело сильнейшее впечатление!

- Когда мы с вами говорили о «Пассажирке», тоже весьма амбициозном проекте, вы тогда отметили, что проставить ее было большим риском для театра. И теперь вы ставите не менее рискованных «Греческих пассионов». Что это? Поиск остроты в репертуаре? 

- Знаете, самое легкое - взять популярную оперу и поставить ее. Самое трудное - взять такую оперу, которую не знает никто, и заставить аудиторию интересоваться ей. Этот путь, который мы нащупали, нам очень нравится. 

И потом, вы же понимаете, что современная опера часто идет по пути эпатажа: она либо переносит время событий, либо место событий. А мы стараемся быть максимально аккуратными в этом смысле. Поэтому «Греческие пассионы» тоже будут выдержаны в оригинальной стилистике. Просто этот материал настолько забыт нашим обществом, что нам кажется очень важным вернуть его на законное место.

- Уравновешивает оперный репертуар «Волшебная флейта»? 

- Есть топ-10 или даже топ-20 или топ-100 опер, которые во всех станах неизменно возглавляют только 2 спектакля: «Волшебная флейта» и «Травиата». Эти спектакли всегда посещаемы, поэтому обязаны быть в репертуаре театра. И в силу того, что «Дон Жуан» вышел из нашей репертуарной афиши, мы решили заново поставить «Волшебную флейту». Она вполне в духе взятой нами политики создания спектаклей для семейного посещения, которые понятны всем.

- И эта постановка, наверное, будет наиболее продаваемой.

- Да, но, кстати, ведь не обязательно все спектакли должны быть продаваемыми. Когда меня спрашивают: «А как у вас продается «Пассажирка»?». Я отвечаю: «Миссия театра не в том, чтобы все было продаваемо». У каждого спектакля своя задача. У одного - делать кассу. А у другого - образовательная функция.

Мы, конечно, могли бы просто приходить на работу и ставить «Турандот», «Травиату», собирать полный зал и сдавать отчеты в министерство, но мы делаем то, что нас никто не заставляет. Мы делаем это для себя и для публики.

- Несмотря на то, что в премьерной афише театра соблюден паритет между оперой и балетом, есть ощущение, что в последние пару лет ваши самые амбициозные проекты - это в основном оперы. 

- Я считаю, что очень хорошо, что у нас присутствует небольшой соревновательный момент между оперой и балетом. Но при этом они равновесны в афише. Я считаю важным соблюдать это условие. 

И потом, надо учитывать, что с балетом работать труднее. Опера-то ведь позволяет копать глубже, погружаться в серьезный и литературный, и музыкальный материал. И то, что художественный руководитель нашей балетной труппы Вячеслав Самодуров сделал с «Вариациями Сальери» и балетом «Кантус Арктикус», очень важно для нас. Это настолько ново было для екатеринбургского балета и свежо для нашего города! Уверен, Самодуров еще не сделал своей главной работы.

- «Пахиту» в этом сезоне тоже делает он? 

- Да, этот балет приурочен к 200-летию Мариуса Петипа. Его должен был воплощать Сергей Вихарев, уже работавший с нашим театром в рамках реконструкции старинного балета «Тщетная предосторожность». Но, к сожалению, он трагически ушел из жизни. Тем не менее работа над балетом продолжается. Специалисты расшифровывают балетные записи. И Вячеслав Самодуров после долгих раздумий согласился вместо Вихарева поставить этот балет. 

В нашей «Пахите» будут дорогие высокотехнологичные декорации. В команде снова художник-постановщик из Большого театра Альона Пикалова и художница Елена Зайцева, работающая и с Большим, и с Мариинкой. 

- Кажется, количество премьер в Екатеринбургском театре начало сокращаться. Были времена, театр выпускал по шесть премьер. Теперь только четыре.

- С существующими объемами финансирования театров, к сожалению, приходится делать выбор в пользу качества, а не количества. Пока мы просто продолжаем двигаться дальше, наращивая объемы продаж билетов. Но всему есть предел. Уже сегодня залы загружены на 93%. Для оперного театра это очень много. Уровень дохода театра, конечно растет, но не покрывает расходов, к сожалению. Мы по-прежнему нуждаемся в дополнительных источниках финансирования.

- Почему бы тогда не повысить цены на билеты? 

- Это не так просто. Есть риск, что мы потеряем зрителя. А это не то, за что мы боремся. Кроме того, повышение цены должно идти параллельно с ростом качества. 

На данный момент мы выбрали стратегию не повышения цен на билеты, а сокращения репертуарной афиши. Также теперь мы более плотно откатываем спектакли. Если раньше в течение 10 лет можно было показывать 100 спектаклей, то сейчас это не выгодно. Сегодня производство должно быть с большей отдачей: не 100 прокатов, а 70, но не за 10 лет, а за 5. То есть мы придерживаемся высокого темпа обновления репертуарной афиши.

© Интернет-журнал «Global City» Надежда Плотникова

Присоединяйтесь к нашему каналу в Telegram, обещаем не спамить!

Поделиться

Loading...
16+
Нашли ошибку? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам о ней